Человечество готовится совершить очередной технологический переход.
Любые крупные войны оказывают решающее влияние на смену общественного уклада. После двух глобальных войн прошлого века мы совершили уже три промышленные революции, а сейчас участвуем в четвертой. Роботы и дроны — это уже «тело» будущего, а вот ИИ и наш собственный мозг пока не нашли баланса для совмещенности. Хотя о том, как меняются ценность и принцип работы ratio, стоит задуматься.
Прежде всего, мы переживаем фундаментальный сдвиг в том, какую роль играют знания. Если раньше они были дефицитным и охраняемым ресурсом, то теперь они стали повсеместным и почти бесплатным сырьем, как воздух или вода. Т.е. сперва знание было исключительно тайным, оккультным, недоступным всем прочим, кто не является членом некоего братства. Затем знание стало общим, но люди разучились с ним работать, как и с потоком новой информации, которая лишь фрустрирует современного потребленца.
Исходя из этого, в будущем ценность человека сместится с того, что он знает, на то, что он может сделать с тем, что знает, и, что еще важнее, кем он является. Ценность в новом мире представляют т. н. метанавыки интеллекта высшего порядка. Это не знания-факты, а умение с ними обращаться. Важна способность не просто найти информацию, а выявить предвзятость, отличить факты от мнений. Тот же ИИ может генерировать текст, но пока еще не понимает его в человеческом смысле.
Сильной стороной русских всегда были синтез и интеграция. Умение соединять знания из разных, порой несвязанных областей (искусство с технологиями, биологию с социологией) и создавать принципиально новое. ИИ работает с паттернами из данных, а человек — со смыслами и аналогиями. Поэтому креативность и воображение, способность ставить новые вопросы, а не просто искать ответы — это то, что будет востребовано в будущем. Понадобится создавать то, чего никогда не было, руководствуясь не только логикой, но и интуицией, эстетическим чувством, а иногда и абсурдом (что, кстати, хорошо умеют зуммеры).
Однако человек — это не только разум, но и воля. Внутренняя мотивация в мире, где внешние стимулы (сделать расчет, найти информацию) берет на себя ИИ, ценностью становится способность человека находить свои собственные, глубоко личные гуманистические цели. Ведь робот или ИИ формально не устает, но он и не «хочет». Способность продолжать движение к долгосрочной цели, преодолевая скуку, разочарование и неудачи, — это чисто человеческое качество. Как и умение принимать решения в условиях неопределенности. Порой именно человеческая воля берет на себя ответственность за сделанный выбор.
Также важен эмоциональный интеллект, ведь это то, что машине недоступно по определению, так как у нее нет субъективного опыта. Эмпатия — это способность не просто распознать эмоцию по лицу (это может и ИИ), а разделить переживание другого. В мире машин, умело маскирующихся под друзей, эта ценность определенно возрастет. Что приведет к некоторой кооперации, умению вдохновлять, вести за собой. Способность к состраданию, проявлению доброты, принятию моральных решений, основанных на ценностях, а не на оптимизации функции — это подлинно человеческая этика.
Ну и самое главное — это экзистенциальные качества человеческого бытия. Творчество, смыслы. ИИ может обрабатывать данные, но не может ответить на вопрос «зачем?» Для этого требуется саморефлексия, начиная с вопроса «кто я?» (как в фильме с Джеки Чаном), который сейчас многие разучились даже задавать.
В общем, наша несовершенная, биологическая, смертная природа — это не баг, а фича и источник нашей глубины и подлинности. Это новый «человеческий капитал», который станет ценнее с падением численности населения планеты. Технологии берут на себя роль могучего инструмента, и ценность мастера определяется тем, как он им владеет. Так что «войны дронов» будут не про то, как друг друга уничтожить, а про то, как управлять всеми этими человеческими качествами.
Илья Гращенков, политолог — для Telegram-канала «Кремлевский безбашенник»